Одиночество-12

Вторжение издательства Ad Marginem на территорию «Кока-колы» и MTV — шаг объяснимый, однако, по меньшей мере, рискованный. С одной стороны, все понятно — трехэтажный мат, тотальный галлюциноз и жесткое порно не вставляют нынче и годовалого младенца. Чтобы совершить радикальный жест, нужно замаскироваться под обывателя, а потом уже взять базуку и…

А может, и базуки не надо? Может, нужно, наконец, избавиться от этого зловещего советского ярлыка — «обыватель», «мещанин»? Может, следует принять как должное корпоративные стандарты и с чистой совестью выжирать на ночь рюмочку «Хеннесси», обогащая свою эрудицию очередным Дэном Брауном, посмеиваясь над его тупостью? Вот ведь вопрос… Вопрос, актуальный для многих, однако отнюдь не для автора «Одиночество-12» Арсена Ревазова. Своим романом он будто бы говорит: «Да, я яппи. Работаю в фирме. Получаю какие-то деньги. И отвалите от меня со своей моралью! Я хочу развлекаться. Хочу написать роман так, чтобы люди хорошо провели время за чтением. Все кругом — фуфло. Пародии на пародии на пародии на пародии. Ну и отлично — это ведь наша жизнь. Давайте развлечемся. Посмеемся все вместе».

И что получается в результате? Конспирологический триллер о всемирном заговоре. Злобная секта хатов хочет разделаться с миром и, в первую очередь, с Россией. К хитрому пиарщику с ветхозаветным именем Иосиф (между прочим, парень умный — мединститут закончил и латинский знает не хуже Юлия Цезаря) приходит смурной дядечка и делает заказ: во всех СМИ должны прозвучать слова «одиночество», «Дэйр-эль-Бахри», «калипсол» и число 222461215. Денег дает кучу, но ежели кому что известно станет — Иосифу кердык. Впрочем, для некоторых кердык уже наступил. Лежат в гробах, с перерезанным горлом, в руках — свечи. Чем дальше в лес, тем дрова приобретают все более мистические и одновременно пародийные очертания: на каждой странице мелькает нечто, где-то уже виденное и читанное. Больше всего чувствуется любовь Ревазова к Умберто Эко (с ним писатель даже в переписку вступал), но и не только. Сам Ревазов говорит, что источников для «творческой переработки» у него было больше сотни.

«Одиночество-12» для нашего времени — роман знаковый. Несмотря на то, что автор всячески открещивается от брэнда «евророман», еврореальность сквозит буквально в каждом эпизоде. Думается — под книгой не постеснялись подписаться бы и Джонатан Кэрролл, и Дэн Браун. Ревазов — легче, остроумнее… бесшабашнее, что ли. Не знаю, правда, на пользу ли тексту бесконечное количество полуприличных анекдотов в сносках, однако проблема здесь не в приличности/неприличности. По большому счету, «Одиночество—12» (как и романы Сергея Кузнецова; близость этих двух авторов очевидна) — не просто веселый скетч, стеб над бестселлерами, но и портрет «потерянного» и «несерьезного» поколения девяностых. Знаковым роман делает именно слияние автора и текста. Потому что настоящим героем в «Одиночестве-12» является, конечно же, сам автор — ироничный яппи, потребитель книжной продукции, пытающийся выиграть в шахматы у Смерти:

У нас в компании пока никто не умирал. Хоть мы были уже не молоды. Но как-то Бог миловал. Жизнь себе текла. Мы влюблялись, пили, отрывались, в перерывах — работали. Иногда даже дрались, но не умирали. А некоторые — вообще — рожали детей. Нет, мы были знакомы со смертью не только по фильмам про войну. Но… Мы пока не умирали.

Не знаю, насколько жизнеспособен роман Ревазова. Насколько способен рядовой менеджер противостоять Сатане. Ведь шайтан-диавол — дядька могучий, а секта хатов не так безобидна, как это кажется на первый взгляд.