Сводные братья / Step Brothers

Первая сигарета, первый секс, первый инфаркт — когда, в какой момент жизни мы становимся взрослыми? Предаем и отказываемся, обрастаем лишними килограммами и долговыми расписками, забываем свою волшебную Неверьляндию? У каждого мужчины есть своя Венди, которая и превращает бывшего Питера Пэна в члена родительского комитета и дееспособного избирателя. Тут уж не до полетов и не до игр, и никакая чудесная пыльца уже не сделает его тем, прежним, наивным мальчишкой, мечтающим найти десятое измерение и побывать на всех планетах сразу.

Бывают, конечно, и исключения. Режиссер Джадд Эпэтоу описал подобный клинический случай в своей комедии «Сорокалетний девственник», высмеяв, в компании со Стивом Карреллом, все комплексы и заморочки такого вот «переросля» с полной коллекцией бейсбольных карточек за 1969 год. Прошло всего три года, и Джадд вернулся к любимой теме, на этот раз — уже в качестве главного продюсера и генератора идей. Режиссура была доверена его хорошему знакомому Адаму Маккею.

Парни использовали вечный американский принцип «экстрасайзбигмака» — сделай все то же самое, но в два раза больше. Девственники размножаются делением. Так, в результате нехитрых сценарных манипуляций, на свет появились «Сводные братья». Еще одна комедия про старых мальчиков с чудовищным недотрахом. Бреннан и Дейл — классические гики. В свои сорок лет они продолжают жить вместе с родителями. Ничем серьезным парни не занимаются — рубятся в игры, собирают всякую фанскую чепуху и тихонько подрачивают на купленный в интернете Hustler.

Ребята с характером — в отличие от вышеупомянутого «сорокалетнего девственника» могут и в глаз дать, и куда пониже. Нетрудно представить катастрофу, которая произошла при встрече таких недоразумений. Мама Бреннана и папа Дейла решили пожениться, порадовать себя на старости лет. «Мальчикам» пришлось объединиться, спать в одной комнате, делить одни игрушки. В первый же день все и случилось: Бреннан выложил свои яйца на ударную установку Дейла (буквально взял и выложил — такие в фильме отважные шутки), а тот огрел брательника дорогой медной тарелкой и добавил по морде колотушкой.

Так бы все, наверное, и продолжалось до полной и взаимной аннигиляции, если бы не визит младшего брата Бреннана — Дерека. Этот малый успел добиться всего и сразу: имеет офис в дорогом билдинге, сочную секретаршу и специальный кабинет для гольфа. Всю свою жизнь он жестоко стебется над старшим братом, более того — испортил его певческую карьеру, лишив главной мечты в жизни. А теперь — хочет отобрать главное, родительский дом, вложить деньги от его продажи в свой супербизнес.

Дейл и Бреннан забывают про былые обиды. Перед лицом общей опасности они становятся лучшими друзьями. Главное для них — защитить недвижимость, а вместе с ней — свой образ жизни. Не дать жестокой взрослой реальности разрушить их детский мир, где вполне возможно стать ниндзя и рок-звездой одновременно, влюбить в себя Лару Крофт и подружиться с Чубаккой.

Такой вот сюжетец. Ничего особенного, вывернутая на изнанку диснеевская история о двух балбесах, мечтающих помирить папу и маму и вернуть себе украденное детство. Но откуда взялись такие высокие оценки и весьма восторженные реплики критиков? «Сводные братья» — это «луковица Шрека», кино многослойное и не такое тупое, как может показаться сначала. Скабрезностей и собачьего дерьма здесь предостаточно, но за всей этой похабенью скрывается история о людях, которые остались искренними и настоящими, сумевшими сохранить в себе особое мальчишечье восприятие окружающего мира.

Главная удача режиссера — выдающийся актерский дуэт Уилла Феррелла и Джон С. Райли. Они уже снимались вместе в средней руки комедьке «Рикки Бобби: Король дороги», но только теперь смогли выложиться на полную катушку. Дико смешно наблюдать, как страдающие лунатизмом брательники крушат весь дом. Забавно видеть, как они переодеваются в нацистскую форму, отпугивая от своего жилища возможных покупателей. Но гэги это не главное, большая часть шуток уместилась в рекламный ролик фильма. Замысел режиссера раскрывается только на финальной сцене, когда с экрана начинает звучать божественная музыка Андреа Бочелли.

Маккей пытается достучаться до американского зрителя, помочь ему избавиться от ненужной шелухи и фальши. Экранные герои плачут, возвращаясь к себе настоящим, а вместе с ними и мы испытываем самые сильные эмоции и переживания, именуемые греческим словом катарсис. Пусть стебовый, несерьезный, даже скабрезный, но все-таки — катарсис, очищение и облегчение души.