Александра

Александра Николаевна – простая русская женщина. Она приезжает к своему внуку, офицеру российской армии, в военную часть близ Грозного. За те несколько дней, что героиня гостит у солдат, перед ее глазами проходят служба и быт современного российского воина, так странно и сильно отличающиеся от привычной Александре Николаевне действительности.

Чеченские войны – событие в новой российской истории знаковое. Первая кампания, предпринятая трясущейся в лихорадке кардинальных перемен державой, стала шоком для обывателей. Война – всегда колоссальный стресс для страны. Еще сильнее резонирует с сознанием населения война, причины которой непонятны. Фашистские орды, топчущие родные просторы – это одно. Превращенные в руины типовые здания школ и больниц в схватках с людьми, фамилии которых заканчиваются на –ов и -ин – совсем другое.

Страна наша еще в восьмидесятых узнала, что такое несправедливая, ненужная война. Но вести «из-за речки», просто по причине географической удаленности, доходили до гражданского населения с сильным искажением. Детали же чеченских операций муссировались очень активно, и хотя правды, как обычно, никто не говорил, любой разумный человек мог домыслить весь ужас происходящего самостоятельно.

Второе пришествие российских войск в Чеченскую республику ознаменовалось серией взрывов жилых домов в Москве, Буйнакске и Волгодонске. Выражаясь расхожим советским тэглайном – война пришла и в наш дом. Масштабная контртеррористическая операция со временем переросла в тлеющий конфликт, не завершившийся до сих пор.

Неудивительно, что в разное время и с разной спецификой к теме чеченской войны в своем творчестве обращались практически все маститые российские режиссеры. Алексей Балабанов, сделав в 1997 году чеченского ветерана Данилу героем культового «Брата», в 2002 отправил Алексея Чадова на Кавказ в «Войне». Александр Рогожкин отметился картиной «Блокпост», а Александр Невзоров – шокирующей псевдодокументальной драмой «Чистилище». В 1996 году вышел шедевральный «Кавказский пленник» Сергея Бодрова-старшего, который, несмотря на неявный хронотоп, и по сей день остается одним из лучших фильмов о Кавказе в частности и о человеке в невозможных обстоятельствах в целом.

В 2007 году к теме взаимоотношений России и Кавказа вслед за Никитой Михалковым обратился еще один живой классик кинематографа – Александр Сокуров. Равнять их, конечно, не стоит. Михалков – демиург российского масштаба. Это здесь от него зависят судьбы, и здесь он смотрит свои фильмы на диване с президентом. Сокуров же – признанный мастер мирового уровня. Его исторические хроники и камерные притчи являются для европейского зрителя наиболее адекватным окном в Россию.

Сокуров снял картину о том, как героиня Галины Вишневской (всемирно известной оперной певицы и вдовы Мстислава Ростроповича) приезжает в российскую военную часть в гости к внуку. Она едет с солдатами на переоборудованном товарняке, до части ее везут на БТРе, она живет в палатке на территории части, учится целиться из АК-47 и ходит за сигаретами на грозненский рынок. Александра Николаевна знакомится с молодыми срочниками и командиром части, с чеченской торговкой и ее сыном. Со всеми персонажами она ведет беседы на разные темы. Потом она уезжает домой.

Фильм «Александра» в полной мере объясняет вполне понятную, но неявную до сих пор истину. Александр Сокуров – давно уже не российский подданный. И свои фильмы он снимает не для российского зрителя. Поэтому в главной роли он и задействовал Вишневскую, которая к России уж и подавно никакого отношения не имеет. «Александра» — это абсолютно бесстрастно снятая хроника. Хроника даже не о войне, а о русской армии.

Даже «Дом дураков», снятый тоже тем еще космополитом Андреем Кончаловским, отличался большей вовлеченностью режиссера в происходящее (хоть там и Брайан Адамс на гитаре наигрывал во дворе ингушской психушки). Сокуров же с совершенно индифферентной интонацией повествует зрителям о проблемах русской армии и о ее взаимоотношениях с чеченским населением.

Более лютую банальщину сложно себе представить. Расспросы Александры Николаевны позволяют зрителю узнать, что обмундирование и вооружение нашей армии – старое и изношенное, что жениться на русском офицере никто не захочет, потому что он нищий, что люди в Грозном живут в полуразрушенных домах и хотят, чтобы русские ушли с их земли.

Прописные истины льются с экрана неиссякаемым потоком. Бесспорно, мировой зритель найдет для себя что-то новое, цепляющее и даже шокирующее в «Александре». Российские же любители кино не вынесут из этого дидактического, прозрачного опуса ничего, чего можно было ждать от автора «Отца и сына».

Единственное, что отличает этот фильм от плохого журналистского расследования – актерская игра Вишневской. За нее Галине Павловне отдельное спасибо. Ее персонаж лучится с экрана такой мощной энергетикой, что понимаешь: воистину — гений во всех ипостасях гений. Александра Николаевна похожа на всех российских бабушек сразу и в то же время монументальна, как Родина-мать. Ее мотивации просты, как домашние пирожки, а чувства сложны и переменчивы, как показатели на приборной панели военного вертолета. Достойнейшее воплощение образа Родины, навестившей свои больные, полузабытые дальние рубежи.

«Александра» была номинирована на Золотую пальмовую ветвь на последних Каннах. Что может служить подтверждением – европейскому зрителю интересен режиссер Сокуров, тематика, которую этот режиссер поднимает и специфика реализации этой тематики. У нас же здесь – Россия. Страна, достаточная часть молодежи которой ходит по два года в изношенном обмундировании и стреляет из изношенного оружия. Страна, офицеры которой не имеют ничего, кроме чести. Это горько. Это неправильно. Но мы это прекрасно знаем. И морализаторству, да еще совершаемому с таким брезгливо-отстраненным видом, здесь совсем не место.