Ничья земля / No Man's Land

Долгая память, как известно, хуже, чем сифилис. Особенно в данном случае. Поэтому перед просмотром «Ничьей земли» Даниса Тановича (кстати, что это за «Ничья земля» такая? Сочетание слов no man’s land всю жизнь переводилось как «нейтральная полоса») постарайтесь забыть о том, что это — Тот Самый Фильм, Который Отобрал «Оскара» у «Амели». У No Man’s Land изрядное количество собственных достоинств.

Бывшая Югославия. Война. Несколько боснийских солдат каким-то образом оказываются на нейтральной полосе, где их и застает рассвет. Продравшие глаза сербы устраивают в честь заблудившегося отряда пышную церемонию с применением автоматического оружия и бронетанковой техники, и в результате в живых остается только один из боснийских солдат по имени Чики — раненный в оставленной траншее аккурат между сербской и боснийской передовыми. Нужно ждать ночи, чтобы можно было спокойно выбраться к своим.

И он начинает ждать. Хотя скучать в одиночестве ему осталось недолго — к траншее уже ползут двое сербских солдат с заданием проверить и зачистить. Проверка и зачистка оборачиваются патовой ситуаций: в активе раненый, но живой серб Нино, раненый, но живой босниец Чики и внезапно восставший из мертвых босниец Сера. В пассиве — мина-ловушка, которую трудолюбивые сербские военнослужащие успели заботливо подложить под «труп» Сера. Пока на детонатор давит груз, все в порядке, но стоит его освободить, как мина подскочит вверх и взорвется, непоправимо испортив все живое и неживое в радиусе полусотни метров. А слева линия фронта, и справа линия фронта, и где-то там сидят «голубые каски», у которых, наверное, должен быть опытный сапер…

Та самая долгая память услужливо подсказывает, что Танович родом из бывшей Югославии, где Кустурица, поэтому где-то на подсознательном уровне все время ждешь, что сейчас, вот сейчас, буквально через минуту-другую Чики и Нино забудут о том, что они противники (тем более, что у парней даже общие знакомые находятся), славные парни из ООН придут и всех спасут, и запилят за кадром развеселые скрипочки.

Но что там какие-то общие знакомые, когда перед тобой — враг. Это они разрушили твой дом, сожгли твою деревню и убили твоих родных. Это они начали войну, и именно за это их нужно убить, убить всех до последнего, во имя мира во всем мире.

Да и славные парни из ООН на деле не такие уж и славные: никто не хочет погибать на чужой войне, раздавать гуманитарную помощь куда проще и безопасней. И даже после того, как вездесущие журналисты вынуждают миротворцев сделать хоть что-нибудь, хэппи-энд не приходит. Потому что всем на самом деле глубоко безразличны судьбы и Чики, и Сера, и Нино, и прочих, гибнущих на этой бессмысленной войне. «Голубым каскам» важно сохранить хороший имидж, а журналистам — успеть отснять горячий материал к очередному выпуску новостей.

Именно в этом и основной недостаток фильма, и его главное достоинство. С одной стороны, хочется чего-то большего, чем банальное заявление «все козлы». С другой, мог ли босниец Танович поступить иначе? И заслуга его хотя бы в том, что он не пытается защитить ни одну из воюющих сторон. Здесь нет «плохих» и «хороших», «своих» и «чужих». Здесь все — жертвы.