Джонни Д. / Public Enemies

Мы совсем разучились потреблять, разучились ценить и уважать вещи. Все делается на бегу, впопыхах и всухомятку — кто-нибудь вообще помнит, что такое запонки? Рубашки из белоснежного батиста? Да что там — простые сосиски из настоящего мяса, а не этой крахмально-картонной дряни, которой мы давимся каждое утро? Яркий и красочный пример уважительного отношения к реальности — гангстеры эпохи Великой депрессии? Вот были люди. Четкие и респектабельные господа с «томпсонами» наперевес оставались джентльменами при любых обстоятельствах, не то что нынешнее племя, отжимающее мобилы по подворотням.

Нам остались только легенды, телевизионные призраки и тематические передачи от Discovery Channel. Отсняты многие километры самого разнообразного материала, биографии великих гангстеров восстановлены не то что по дням — часам и минутам. Известно практически все: где родился, какой банк он ограбил первым, с какой марухой любил проводить время, и, наконец, из какого именно оружия вылетела та смертельная пуля, прервавшая житейский кураж знатного бандита.

Чего тут особенно рассказывать? Украл, выпил, в тюрьму, украл, выпил, в тюрьму — романтика! Вот и приходится сценаристам изнурять мозг, придумывая головокружительные приключенния и роковые страсти. Но только не в случае с Джоном Диллинджером. Этот хваткий малый был настоящим криминальным талантом, отчаянным головорезом, вроде нашего Котовского — мог сбежать из самой строгой тюряги, а если грабил, то с блеском, никогда не забывая о простых американцах. В их глазах Джонни всегда был «робингудом», грозой богачей и нуворишей. Сам Диллинджер говорил: «Я живу среди людей, очень важно — как они ко мне относятся. Где я буду прятаться от копов? Кто залечит мои раны?».

Карьера Джона «Джекрэббита» Диллинджера продлилась вплоть до 22 июля 1934 года. В этот день гангстера застрелили. Федералы устроили засаду возле чикагского кинотеатра «Биограф», где Джонни смотрел новый фильм Manhattan Melodrama. Как только закончился сеанс и публика стала покидать зал, раздалось несколько выстрелов… и Диллинджер превратился в еще одну голливудскую суперзвезду, героя сразу нескольких кинолент. Последнюю — снял заслуженный режиссер и продюсер Майкл Манн, автор знаменитой «Схватки» и «Полиции Майами».

Мэнн умеет снимать мужское кино. Диллинджер для него — настоящая находка. Настоящий пассионарий, человек, который хочет все и сразу. Персонаж яркий и обаятельный, особенно в исполнении Джонни Деппа (наши прокатчики опять схохмили, заменив оригинальное Public Enemies на двусмысленное «Джонни Д»). Актеру такого масштаба уже не нужно ничего делать, достаточно умно щуриться в кадре — чем Депп, собственно, и занимается, полностью затмив Бэйла. Подобная лаконичность идет исключительно на пользу, делая экранного Диллинджера еще загадочней и харизматичней. Девушки тают, а одна — особенно.

Обычная гардеробщица Билли Фрачетте (Марион Котияр) «смогла» приручить жестокого бандита, стать его ангелом-хранителем. По крайней мере, так написано в сценарии — действительность, говорят, была куда прозаичнее, и Джонни имел нескольких любовниц. История девушки и хулигана и стала главной темой новой гангстерской саги.

На этом сюжетные вольности заканчиваются. «Джонни Д.» — даже не портрет, а моментальный снимок Америки времен Великой Депрессии. Подобно Кэмерону, Манн трясется над каждой, даже самой незначительной исторической подробностью. Будь то фасон шляпок или дизайн газетных объявлений. Все съемки велись в местах «боевой славы» Джонни Диллинджера, с точностью до сантиметров.

Грустно одно — потратив время на реконструкцию событий и батальные сцены, режиссер как-то позабыл о самой драме. Отношения между персонажами прописаны схематично, пунктиром, без должной мотивации поступков. В кадре нет настоящей любви и ненависти, есть только великолепная цифровая картинка. Вместо шедевра получился еще один научно-популярный блокбастер о мафии Чикаго. Rest in Peace, Johnny…