Кво вадис (Камо грядеши) / Quo Vadis?

Империи рушатся, и с этим не поспоришь. Они развиваются подобно человеку — есть время становления, время величия и угасания. Пурпур и золото античного Рима вполне закономерно рассыпались в прах, так и должно было быть. Империя — как выбросившийся на берег кит: морской гигант на суше убил себя собственным весом.

Осколки обезображенных статуй и развалины Колизея стали благодатной почвой, на которой произрастает историческая беллетристика. Роман Генрика Сенкевича «Камо грядеши?» тоже стал частью истории, в том числе и кинематографической. Первая его экранизация (впрочем, довольно условная) принадлежит еще братьям Люмьер. В 1924 году, во время съемок итальянской версии фильма, львы задрали актера. После этого без особого членовредительства сняли еще штук пять экранизаций, но эпического сюжета с лихвой хватило еще на три оперы и одну ораторию.

Самое занимательное, что до недавнего времени в Польше, на родине автора, роман ни разу не экранизировался. Оно и понятно — кто бы разрешил в стране победившего социализма снимать такую идеологически невыдержанную картину? Патриарху польского кино, Ежи Ковалеровичу, только в начале двадцать первого века удалось воплотить в жизнь собственный сценарий 1967 года.

Пространства для художественного маневра хоть отбавляй: действие происходит в середине I века нашей эры во дворце Нерона, плебейских халупах и домах знатных патрициев. Вернувшийся из похода полководец Марк Виниций влюбился в царевну Лигию — заложницу императора. Нравы римских вояк известны — «пришел, увидел и забрал».

В те времена не было правозащитников, а если вдруг и появлялся какой-нибудь умник, то рассуждать о гражданских правах обычно ему приходилось уже в гладиаторской школе. Так что укорять Марка в киднеппинге некому, тем более — это обычная практика для патрициев. Неожиданным оказалось другое: Лигия втайне от посторонних исповедовала христианство. Причем ее духовным отцом является не абы кто, а сам апостол Петр. Неудачная попытка кражи девицы приводит Виниция сначала на больничное ложе, а впоследствии — в апостольскую паству. Слово Божие празднует чистую победу над огнем и мечом язычника.

Примерно с этого момента с любовной линии акцент смещается на линию историческую: перелом в культурной жизни античности, упадок Рима, конец династии цезарей. Про этого персонажа мировой истории надо сказать отдельно — Нерон (его играет Михал Байор), по-моему, самый яркий актер во всем фильме. Такой сумасброд сумел превратить пожар Рима (напомню, тогда он выгорел почти дотла) в собственный арт-проект. Взирая на пылающий город с Меценатовой башни, он наслаждался пламенем и в театральном одеянии пел «Крушение Трои» — трагедию собственного сочинения.

Впрочем, простых погорельцев мало интересовали драматические таланты правителя. Им подавай хлеба и зрелищ. Уже не важно, из-за чего загорелся Вечный город, но крайними назначили христиан — как главных диссидентов эпохи. Нравы в то время не отличались излишним человеколюбием: основную часть паствы самым тривиальным образом скормили львам на арене Колизея, часть — сожгли, часть — распяли. Под шумок чуть было не угробили и Лигию, но все обошлось.

Уверен на сто процентов — другой польской экранизации быть не могло по определению. Во-первых, исходным материалом послужил роман классика тамошней литературы. Во-вторых, над фильмом работал Кавалерович — культовый режиссер. В-третьих, фильм делали с оглядкой на главного поляка (ныне властителя Ватикана). Именно Иоанн Павел II стал первым зрителем «Кво вадис». Как результат — выдержанное в правильном идеологическом ключе эпическое полотно.

Фильм хорош. В нем плохо одно — высидеть перед экраном почти два с половиной часа трудно. Тут нужна или железная задница, или большая любовь к кино. К тому же впечатление подпортил не вполне качественный дубляж: шипяще-свистящие польские словечки переодически прорываются через голос диктора и сводят весь пафос на нет. А ведь поневоле ждешь латинских речей, вместо которых — царапается дикой кошкой речь посполитая.

Поэтому в процессе просмотра фильма хочется хоть на пару минут отвлечься. Я, например, самым циничным образом помянул рекламиста Вавилена Татарского (из Generation «П»). Особенно эпизод, когда он сочинял в неравной борьбе с «кислотным» змием креатив для Бога. Хотя куда ему до польских товарищей? Здесь и бюджет почти 20 миллионов, и тематика беспроигрышная, и актерский состав очень приличный. Это я к тому, что «Кво вадис» похож на огромный рекламный ролик духовных ценностей.

Под драматичный саундтрек сочинения Яна Кочмарека божественным светом озаряются все, от мала до велика — и Лигия (белокурая фотомодель Магдалена Мельцаж), и ее верный телохранитель Урсус (экс-чемпион по дзюдо Рафаль Кубацкий).

Впечатление от «Кво вадис» осталось неоднозначное. Если это блокбастер — то слишком уж много философии, которая проступает через любовную линию сюжета. Если это исторический фильм — то довольно приблизительный. Скорее, это притча: о том, как на обломках империи человек ищет себя.

Поэтому и подход к нему нужен соответствующий: для начала можно перечитать роман Сенкевича, труды Тацита и тематические главы из «Жизни двенадцати цезарей» Светония. Тогда, может быть, сусальное золото, которым сверкает «Кво вадис» в надежде походить на голливудские блокбастеры, будет не так резать глаз.