Поговори с ней / Hable Con Ella

В поисках интересного персонажа для статьи журналист Марко встречается со знаменитой женщиной-тореро Лидией. Их знакомство перерастает в страстный роман, но все надежды на взаимное счастье рушит трагедия на корриде: удар разъяренного быка повергает Лидию в кому. Проводя дни и ночи в больнице, Марко знакомится с медбратом Бениньо. Тот, в свою очередь, уже давно заботится о балерине Алисии, впавшей в кому несколько лет назад. Его любящие руки изо дня в день моют и массируют красивое, но не подающее признаков жизни тело Алисии.

Схожие судьбы объединяют мужчин, но если Бениньо счастлив, то Марко все больше страдает, поскольку перспектива превратиться в пожизненную сиделку его совсем не вдохновляет. Видя отчаяние друга, Бениньо дает ему совет: «Поговори с ней». И вот уже двое мужчин вывозят на прогулку своих «неразговорчивых» женщин. Их монологи с возлюбленными становятся формой диалога. Возможно, эти слова однажды сотворят чудо, на которое сильно надеется Бениньо.

В двух последних фильмах (плюс «Все о моей матери») Альмодовара питают новые источники вдохновения: он обнаруживает прелесть уже не в модернистских излишествах культуры, но в односложности и простоте ее истоков. Хотя здесь он повсеместно переступает границы житейской логики и даже просто здравого смысла. Начать с того, что мужчины и женщины как бы меняются здесь местами. Люция сражается с быками, а Марко все больше плачет, или, как Бениньо, ведет задушевные разговоры не отходя от своей возлюбленной, как преданная сиделка.

Женщина здесь — королева, а мужчина — суетящееся вокруг нее насекомое, рабочая пчела, готовая пожертвовать жизнью ради спасения пчеломатки, продолжающей род, которая от недостатка любви временно покинула чувственный мир. Альмодовар доводит почти до абсурда сюжетный расклад — две коматозницы на один фильм. Это даже для 100-серийной «порошковой оперы» некоторый перебор. Но во всех этих допущениях как раз и заключена прелесть фильма.

А новаторство проявляется даже в работе со спецэффектами, которые используются столь аккуратно и вдумчиво, что их не то что не видно, но про них вообще забываешь. И речь здесь вовсе не о «надувной» трехметровой вагине… Это вообще отельная песня. Бениньо, начавший ходить в кино ради Алисии, раньше часто посещавшей кинотеатры, пересказывает ей сюжет некоего старого черно-белого фильма, который он якобы посмотрел. Персонаж той ленты сильно уменьшился, выпив чудодейственный эликсир, и превратился для своей любимой в живую игрушку – послушного «карманного любовника». Эту историю Альмодовар доводит до буквальной гиперболы.

Несчастный (а может, наоборот — очень счастливый) человечек, попутешествовав вдоволь по холмам и впадинам тела возлюбленной, проникает в ее огромное чрево. И это уже не авторская цитата забавной сценки из «Свяжи меня!», где игрушечный водолаз совершал похожую операцию. Здесь Альмодовар оперирует языком глобальных метафор, чей пафос оттеняется иронией и ассоциациями с очень многими вещами. Феллини, например, любовался женщинами больше всего в те моменты, когда усаживал их на велосипеды и на крупных планах показывал их перекатывающиеся по седлам ягодицы. И в этом не было никакого плотского вожделения, наоборот, чистая поэзия на тему дамских прелестей…

Альмодовар в своем «попустительстве» здравому смыслу и житейской логике не останавливается на истории о карманном любовнике, решившем навсегда поселиться там, откуда когда-то вышел. Воскрешение одной из «спящих красавиц» достается дорогой ценой. Бениньо спасает возлюбленную, совершив даже не преступление, а страшный грех.

Но это, опять же, по обывательским представлениям. Эти представления будут посрамлены в финале, когда обозначится неожиданная перспектива — новый любовный роман Марко и Алисии. Двоим из четырех героев представится шанс начать все с нуля…