Любовное настроение / Hua Yang Nian Hua (In The Mood For Love)

Вонг Кар-вай, один из лидеров гонконгского, азиатского, а теперь и мирового кино, в своем седьмом фильме переносит зрителя в 1960-е годы, в Гонконг — мегаполис, населенный среди прочего эмигрантами из Шанхая. Две молодые супружеские пары оказываются соседями по коммунальной квартире. Скоро вместе с главными героями — Чоу, редактором престижного журнала, и Су, секретаршей туристической фирмы, начинаешь догадываться, что их регулярно отсутствующие супруги изменяют им друг с другом. Собственно, на эту мысль наводят вещи-дубликаты — женская сумочка и галстук, которые обманутые муж и жена случайно обнаруживают.

Адюльтер их супругов развивается где-то за кадром: из очередной командировки не возвращаются ни жена Чао, ни муж Су. Несмотря на взаимное влечение, брошенная пара не рискует нарушать канонов светского общежития. Нравы в городе-клетке, каковым принято считать Гонконг 60-х, были строги и целомудренны: тогда все старались выглядеть добропорядочными и по возможности скрывать неприглядные стороны своего бытия.

Однако Чао и Су неудержимо тянет друг к другу, но они всячески пытаются обуздать свои чувства. Все, что могут позволить себе влюбленные соседи, так это совместное посещение ресторана, а если им приходится уединяться, так только для написания книги о… восточных единоборствах, которую в свободное от основной работы время сочиняет Чао. Они так и не рискнут переступить через строгие нормы морали и собственные табу. Они будут самозабвенно скрывать свой роман даже от самих себя. Они будут изысканны и непорочны: их укрощенной чувственности вполне достаточно будет очарования грезами.

Кар-вай в согласии с китайской экранной традицией избегает откровенных сцен: не позволяет героям никакого интима, более того — даже поцелуя. Он рассказывает историю двух конформистов с хрупкой душой, так и не набравшихся храбрости изменить жизнь, хотя основание для этого было более чем серьезное — обоюдная супружеская неверность. Но однообразная и смиренная жизнь Чао и Су не становится от этого ущербной. Наоборот, в трактовке Кар-вая она преисполнена глубокого духовного и философского смысла. Совместное поедание лапши обретает для влюбленной пары примерно то же значение, что чайная церемония для японцев.

Несмотря на эмоциональную сдержанность, это минималистское, меланхоличное ретро о «нереализованной любви» никак не получится назвать монотонным. Все, даже самые мельчайшие изменения настроений тут же передаются через узоры платьев Су или, например, расцветку галстуков Чао. Тем самым вещи становятся как бы отражением невысказанных чувств. Игра цветов с преобладанием красного и оранжевого оттенков, завораживающая сомнамбуличность персонажей и околдовывающая магическая музыка не дают впасть в сонное оцепенение даже при кажущемся внешнем отсутствии действия и значимых событий, так и не случившихся за четыре года близких отношений Чао и Су.

С этим фильм Кар-вай окончательно перешел из разряда просто культовых режиссеров в ранг классиков. Подтверждением его нового статуса стали многочисленные призы: за мужскую роль (Тони Люн) и визуальное решение на МКФ в Канне, «Феликс» – лучшему неевропейскому фильму года, «Сезар» – лучшему иностранному фильму.