День, когда Земля остановилась / The Day the Earth Stood Still

Говорят, что пришельцев придумали в ЦРУ. Уфологи откопали информацию о вполне земном происхождении летающих тарелок и о многочисленных секретных экспериментах, проводимых на полигоне Area 51. Получается, что нет никаких «зеленых человечков», а есть одно только искреннее желание американского правительства держать нацию в тонусе, настороже, перед лицом очередной выдуманной напасти. Аль-Каида выходит из моды, самое время ошарашить обывателя «Войной миров».

Новый фильм о вторжении инопланетян пришелся как нельзя кстати. Отвлекает, пугает, не дает подумать о реальных проблемах. Есть, правда, одно веское «но» — притчу об инопланетянине Клаату сочинили еще в прошлом веке, в самый разгар Холодной войны. Режиссер Роберт Уайс шокировал Америку эсхатологическим сюжетом о последних днях Земли. Прошли годы, многое позабылось, и вот уже другой режиссер — Скотт Дерриксон решил снять собственную версию этой картины.

Все произошло случайно, на съемочной площадке ленты «Скорость». Кто-то из голливудского начальства заметил древний плакат, постер фильма The Day the Earth Stood Still и немедленно загорелся идеей римейка: «Позовем на главную роль Киану Ривза и закажем самые крутые спецэффекты!». Звать пришлось долго, прошло почти пятнадцать лет, прежде чем «Нео» дал согласие на съемки.

Главное качество Ривза — умение сохранять лицо в любой, даже самой дурацкой ситуации. Он произносит любой текст с убийственной серьезностью, без тени улыбки. За это его и ценят. Вот и теперь, осунувшемуся и постаревшему Киану (он теперь больше похож на Агента Смита — костюм такой же) доверена наисерьезнейшая роль обвинителя, небесного прокурора, в уста которого авторы вложили роковое Klaatu barada nikto. Всем — борода, не выживет никто.

Земляне спохватились слишком поздно. Пришелец отключил противоракетную оборону, легко преодолел все кордоны, а потом приземлился в самом центре Нью-Йорка — на лужайке городского парка, изрядно перепугав мамочек и пенсионеров. С неба опустился огромный, переливающийся всеми тонами зеленого, светящийся шар, а в нем — пришелец Клаату вместе со своим помощником, боевым роботом Гортом.

Несмотря на все попытки достучаться до земного начальства, Клаату так и не был услышан. Разбираться вояки не стали. Гонца тяжело ранили и увезли в укромное место, чтобы там, в спокойной обстановке, разузнать его главную небесную тайну. Единственным человеком, хоть как-то сопереживавшим пришельцу, была доктор Хелен Бенсон. Она просто, по-бабьи пожалела несчастного гуманоида, не стала обкалывать его галоперидолом, а потом и вовсе — помогла бежать с базы.

Гром не грянет, мужик не перекрестится — вот главный, основополагающий месседж старого и нового фильмов. Если мы и можем покаяться, задуматься о своих поступках, то в самой крайней, критической ситуации. Когда сама Вселенная восстает против алчного человечества, вершит свой Страшный суд. Не зря многие журналисты сравнивают Клаату с Мессией. Подобно Христу он восстает из мертвых, воскресает в совершенно новом качестве. Теперь это уже не человек, а Бог, спустившийся на Землю в ее последние окаянные времена.

«День, когда Земля остановилась» — кино с моралью, вот только мораль эта какая-то антикварная, покрытая слоем вековой пыли. Сколько было подобных назидательных историй? Помнишь, как мучалась Лилу, пытаясь хоть как-то оправдать землян, спасти их от Вселенского Зла? И таких примеров — множество. Скотт Дерриксон так и не сумел сделать свою историю интересной, а высокопарный треп его главного героя остается пустой констатацией хорошо всем известных фактов. Не трогает совершенно. И тут уже никакие спецэффекты не помогут, и звездный кастинг тоже.

Да и вообще, крайне сомнительно, что инопланетянам есть хоть какое-то дело до нашей нашкодившей цивилизации. Если мы кого-то и волнуем, то исключительно из меркантильных соображений. Например, в качестве «дойных коров», дающих желудочный сок самого высокого качества. Прямо, как у Стругацких во «Втором нашествии марсиан». Все сюжеты о старших цивилизациях, решивших преподать урок землянам, есть ни что иное, как обычная рефлексия: «Мамочка, я загадил планету, разрушил озоновый слой и насрал под елкой — пусть меня накажут».