Девушка с татуировкой дракона / Man som hatar kvinnor

Главред журнала «Миллениум» Мигель Блюмквист (Микаэль Нюквист), специализирующийся на сенсационных разоблачениях противоправной деятельности зажравшихся шведских буржуа, готовится отбывать тюремный срок за наговор на одного влиятельного финансиста. Но пока еще есть время. И есть одно запутанное дело 40-летней давности об убийстве молодой девушки Харриет, которое журналист, по высокооплачиваемой просьбе бывшего главы фамильного концерна «Вангерн», должен попытаться раскрыть. Заручившись хакерской поддержкой 24-летней готичной эскапистки Саландер (Нуми Рапас), Блюмквист находит весьма нелицеприятные сведения о жизни одного из самых богатых семейств Швеции, за которые ведь можно и убить.

Шведский стол, шведская семья… Шведское общество социального благоденствия, где от каждого по потребностям и каждому по возможностям государственного бюджета – голубая мечта всех без исключения сибаритов, всерьез увлекающихся почесыванием пуза и круглосуточной рыбалкой.

Блаженную веру о том, что в Стокгольме все спокойно подорвал писатель Стиг Ларссон — автор нашумевшей во всем мире трилогии «Миллениум», где его альтер-эго Блюмквист (покойный Ларссон, как и его герой, был социалистом и активным борцом с неонацизмом) выжигал каленым словом воспалившиеся капиталистические гнойники. Весь этот хорошо забытый троцкизм, помноженный на увлекательный и небанальный сюжет, не мог не привлечь кинематографистов. Пока проблему перевести 700 страниц текста на экран решает Дэвид Финчер, шведские товарищи подсуетились и экранизировали все три части «Миллениума».

Первым стартовал датский режиссер Нильс Арден Оплев («Мы победим!», «Два мира»)- известный на своей родине поборник гражданских прав средствами важнейшего из искусств. Так что ждать поблажек для зрителя, готового пропустить навязчивый социальный месседж «Девушки с татуировкой дракона», бессмысленно. С первых же минут Оплев начинает конструировать светом, тенью и морозным захолустьем в кадре довольную пасмурную, типично нордическую атмосферу. Бечевка, которая перевязана скромная посылка, больше напоминает колючую проволоку, поместье Вангеров на отшибе – Нойшванштайн в миниатюре, откуда непрошеных посетителей уносят исключительно вперед ногами, а сытый и усатый лавочник – эсесовца-насильника.

Пожалуй, главное, при просмотре фильма несколько абстрагироваться от самой книги. Ярые поклонники Ларссона утверждают, что экранный Блюмквист на своего книжного прототипа не похож, а Рапас в образе Саландер — и вовсе чуть ли не лубочное недоразумение. Так или иначе, просмотру фильма и получению удовольствия от режиссерской работы это никак не мешает. Да и вообще, кто сказал, что быть старомодным – это плохо? Наоборот, вся Европа сочувственно вздыхает в кинотеатрах, переживая за то, какие сволочи живут у них под боком – свиньи, фашисты… Вот либерал или социал-демократ так бы с женщиной не поступил!..