Этнические эксперименты   //   Дети Пикассо

Альбом с подчеркнуто скромным названием «Этнические эксперименты» от московско-армянской банды «Дети Пикассо» навряд ли сделает сенсацию на российском музыкальном рынке. Не потому, что диск «Этнические эксперименты» плохой. Диск очень хороший. Ну вот не доросли, не дотянулись, чтобы драйвовые альтернативные обработки армянского фолка принять как настоящую, всамделишную сенсацию. 12 прекрасных мелодий, исполненных великолепной вокалисткой группы и просто красавицей Гаей Арутюнян. На самом что ни на есть древнеармянском языке.

А вот не доросли, а жаль.

Несколько лет подряд группа «Дети Пикассо» пребывала в противоречивом статусе московских клубных звезд. То бишь коллектива яркого, самобытного, но без жесткого творческого корневища, без опоры на которое не взять настоящий успех за глотку. Пресс-релиз группы, посвященный выходу нового альбома, обтекаемо обозвал этот этап разброда «пробой стилей, жанров, направлений». Теперь источник питания найден. Нашелся там, где ему, в общем-то, и положено быть – в армянской этнической энергетике, в недрах одной из древнейших среди ныне существующих мировых культур.

При этом «Этнические эксперименты» счастливо избежали того изощренного занудства, по которому все добрые люди с вящей скорбью опознают стиль world music. Равно избежали и пещерной разухабистости «а-ля Сердючка», присущей всякому коммерческому флирту с фольклорной мелодикой.

Четкий и звонкий гитарный рисунок, живые и небанальные, хотя и несколько утяжеленные аранжировки бережно наложены на ритмику и мелодику народных песен, на экзотику этнических духовых – все это заслуга Карена Арутюняна, гитариста, композитора группы и просто очень талантливого человека.

Критики уже начали осторожно катать на языке словосочетание «армянские Zdob shi Zdob». Здесь стоит отметить, что, ничуть не уступая «Здубам» в драйве и скорости, «Дети Пикассо» приберегли в кармане вокальный козырь. Ошеломление подступает, когда стильная московская дива Гая Арутянян раз за разом преображается и начинает буквально выдыхать в микрофон какие-то очень древние и бескомпромиссно красивые песенные переливы.

Трудно припомнить альбом, где в такой пугающей концентрации содержались бы настоящие этнические боевики. Ai, Nina – ритмичный, медитативный блюз, армянская готика. Ai, Lele Jar – баллада, хрустальный фолковый «медляк». Композиции «Мэрик», «Под яблочным деревом» и «Сона яр» ревниво вырывают друг у друга звание самого взрывного хита альбома. И лишь глуповато-эстрадная «Оф, сирун, сирун» смотрится как подвыпившая Пугачева, забредшая по ошибке в какое-нибудь альтернативное заведение. Последнее, впрочем, можно списать в издержки былых метаний группы на грани поп-рока.

Другая примечательная особенность альбома – выпущен он был собственными усилиями группы, основываясь, цитата, «на опыте общения с рекорд-компаниями». Свою студию назвали «Студия имени Джимми Хендрикса». Тотемный блюзмен обязывал к свершениям, и ребята не подкачали.